Напутствие митрополита Омского и Таврического Владимира на Великий пост

Дорогие отцы, братья и сестры!

     Господь наш Иисус Христос, преподавая в Своей Нагорной проповеди заповедь относительно поста, сказал: … когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лице твое, чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно(Мф.6,16-18).

     Вот чем мы должны руководствоваться и во всю предстоящую нам Святую Четыредесятницу, и во все посты, установленные Православной Церковью.

     О чем говориться в этой заповеди?

     Прежде всего, в ней выражена уверенность Спасителя в том, что мы, будучи христианами, будучи Его учениками, будем соблюдать посты. Когда поститесь… – говорит нам Господь, тем самым даже не подвергая сомнению необходимость поста для Его последователей. Не случайно эту заповедь Сын Божий произнес после того, как научил апостолов и всех нас обращаться к Создателю великими словами молитвы «Отче наш…». Так Он указал на единство молитвы и поста. Толкуя это место Евангелия от Матфея, святитель Иоанн Златоуст говорит: «Великие блага происходят от двух добродетелей: от молитвы и поста… Посему-то апостолы всегда постились».[1]

     При соединении этих двух основ Христианской аскетики в своей духовной жизни верующий становится сильнее не только против внутренних своих похотей, не только против человеческой злобы, но и против злобы демонов, род которых изгоняется, по словам Господа, только молитвою и постом (Мф.17,21).

     Но как нам поститься, чтобы пост послужил нам во спасение, а не в осуждение? На это Господь говорит нам: …когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры. Тем самым Он призывает нас не путать два духовных состояния, которые внешне могут показаться схожими, но внутренне они различны: это, с одной стороны – скорбь, а с другой – уныние. Скорбь – это благодатное состояние, при котором мы видим свои грехи, свои несовершенства, и печалимся о них; такая скорбь очищает душу, укрепляет ее и ведет к покаянию. Уныние же – это расслабление души, потеря интереса к жизни и к окружающим. Скорбящий сокрушается о своих согрешениях и стремится сам исправиться и исправить последствия греха молитвой и благими делами; унылый же недоволен всем окружающим миром, и пребывает в лени, в духовной спячке. Поэтому пост для нас – это время скорби, а не уныния; время добрых дел, а не мрачного, всеотрицающего бездействия.

     Еще хуже, если мы постимся не для Господа, не во спасение души, а для того, чтобы заслужить похвалу от людей. Всякое дело должно нами совершаться для Бога, во славу Его: Работайте Господеви со страхом и радуйтеся Ему со трепетом (Пс.2,11). Любое дело, если оно делается не для того, чтобы послужить Творцу, а для того, чтобы потешить свое тщеславие, не есть доброе. Если же действия, которые мы должны совершать именно для Бога и ближних, как, например, пост, молитва, покаяние, милостыня, человек совершает ради мирской славы, о таких людях Господь свидетельствует: Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. Они получают земную и преходящую награду – людскую похвалу, а награды истинной и нетленной, награды от Господа лишают себя.

     Как же нам истинно говеть – поститься перед Богом, а не перед людьми? И на это Спаситель дает нам разъяснение. А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лице твое. У иудеев был обычай мазать голову елеем в знак особой радости. Так и мы, постясь, должны пребывать в радости о Господе.

     Могут задать вопрос: если пост есть время скорби, то откуда же взяться радости? Нет ли здесь противоречия?

     Нет, дорогие мои, никакого противоречия. Радости противоположно уныние; скорбь же о грехах не только ей не противна, но, напротив, является ее главным источником. Ибо когда мы искренне скорбим о наших грехах, когда видим все свои пороки и духовные немощи и каемся в них, мы не можем не поражаться милосердию Божию, не можем не славить Его благоутробие. Мы – так грешны, а Он нас милует; мы так немощны – а Он нас поддерживает! Как же не радоваться, как не ликовать, видя такую Божественную милость к нам?! Поэтому и святой первоверховный апостол Павел наставляет нас: Всегда радуйтесь(1Фес.5,16). Истинные скорбь и покаяние всегда соединены с истинной радостью, и только уныние и тщеславие не ведают ни радости, ни душевного покоя.

     Завершая даваемую Своим ученикам заповедь о посте, Спаситель указывает на главную цель пощения. Ты должен, обращается Господь к каждому из нас, явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно.

     Итак, пост – это своего рода тайнодействие; это таинственное общение души с ее Творцом. Язык этого общения – молитва; состояние этого общения – скорбь и глубокое покаяние; средство, облегчающее это общение, – отказ от вкушения животной пищи и умеренность в пище растительной, отказ от суетных увеселений и плотских удовольствий.

     Сам Господь Иисус Христос Своим сорокодневным постом в пустыне, где никто не мог видеть и восхищаться Его подвигом, показал нам подлинный пример говения. Так и мы не должны поститься напоказ. Господь не требует от нас, чтобы мы на дни Святой Четыредесятницы уходили из мира; достаточно, чтобы мы духовно отстранялись от него, удерживались от того, что нас более всего привязывает к нему: прежде всего, от суеты и духовной рассеянности. Дух бодр, плоть же немощна, учит нас Спаситель (Мф.26,41). Будем же укреплять в предстоящие нам дни Великого поста свой дух, делать его еще более бодрым, не будем предаваться унынию и тщеславию. И да сподобимся стяжать радость покаяния и подготовить себя должным образом к Величайшему Празднику Воскресения Христова.

     Аминь.

 

 

Владимир,

 митрополит Омский и Таврический

 

     Прощеное воскресение 2018 года

 


[1]      Иоанн Златоуст, свт. 57-я беседа на Евангелие от Матфея.